И снова израильское, политическое
Я хочу раскрыть тему, которая в израильской политике считается запретной и находящейся за рамками общественного диалога. Тема эта обозначается словом, которое нельзя произнести вслух, потому что после этого приличные люди перестанут с тобой здороваться. Это слово –

ТРАНСФЕР

Трансфер – это страшно, скажут вам в любом либеральном политическом форуме. Трансфер – это бесчеловечно, это удел политических маргиналов, экстремистов, которые никого не представляют. Этого слова никогда не услышишь ни по радио, ни по телевидению, ни в каком политическом или околополитическом диалоге. Последний, кому разрешалось использовать это понятие – это Рехаваам Зеэви. Ну что ж, он считался этаким enfant terrible в израильской политике и его никто не принимал всерьёз. А после того, как его убили(да отомстит Господь за кровь праведника) это слово, вообще, исчезло из израильского политического лексикона. А до него это слово звучало из уст рава Кахане, тоже злодейски убитого, но все израильтяне, как один, считают Кахане экстремистом, не зная толком, что он говорил, не читав ни одной его работы. Что-то такое говорил ещё перед выборами Михаэль Кляйнер – но кто его услышал, кто придал значение его словам? Он набрал смехотворное число голосов, даже не приблизился к электоральному барьеру. У Либермана в предвыборной программе фигурируют какие-то невнятные «обмен территориями» и «обмен населением», но ни в коем случае не «трансфер».
В общем, всё к тому, что в нынешней ситуации – это понятие «с душком». Это не для серьёзных людей.

Что же обозначает это слово? Давайте посмотрим в словарях. Вот здесь – по-русски, а здесь – по-английски. Хоть убейте, я нигде не нашёл никакого криминала. У этого слова есть много значений: в области экономики и финансов, а также в психологии. А попросту оно обозначает: перенос, перемещение. Английские синонимы: move, transmit. И только одно из многочисленных значений подходит к обсуждаемой здесь тематике: «переезд граждан из одной страны в другую».
Если называть вещи своими именами, то больше миллиона граждан СССР, а потом и бывшего СССР в 90-е годы совершили именно трансфер в Израиль. Взяли и переехали. Кто-то устроился лучше, кто-то хуже, были и взлёты, и падения, и поломанные судьбы, но, в общем и целом, сегодня этот процесс завершён и никто никому не предъявляет претензий. Почему палестинские арабы не могут сделать то же самое?
Прекраснодушные левые и правозащитники скажут: «Это бесчеловечно! Нельзя выгонять людей из их жилища, это противоречит таким-то и таким-то международным конвенциям!» Но простите, кто говорит о насильственном трансфере? И покойный Ганди, и Кляйнер имели и имеют в виду переезд по согласию, с выплатой компенсаций. Никто не призывает к насилию. Конечно, в таком сложном деле могут быть и ошибки, и трагедии – но это уже вопрос организации. Почему возможные неполадки, которых следует избежать, должны дискредитировать сам процесс?

Левые, как обычно, ставят всё с ног на голову. Бесчеловечно – наоборот, то, как эти люди живут сейчас. В лагерях беженцев, в голоде и нищете, не имея работы, в полной зависимости от международных благотворительных организаций. Бесчеловечно то, как они становятся пушечным мясом для террористов, которые посылают их на убой, используя их отчаяние. Бесчеловечны убийства израильтян, которые эти люди совершают, науськиваемые своими пастырями-людоедами. Бесчеловечна атмосфера тотального страха, в которой они живут: откажешься убить еврея – придут нелюди в масках и убьют тебя самого и твою семью. А вывести их из этого состояния, предоставить им нормальные условия жизни – наоборот, акт гуманизма.
Впрочем, спорить с левыми бесполезно. Они всегда уверены, что им принадлежит монополия на истину.
Ну хорошо, оставим левых моралистов в покое. Попытаемся понять их логику. Летом прошлого года, в результате так называемого «отделения» от сектора Газы 8 000 евреев были подвергнуты насильственному трансферу. Свежеизбранное правительство Израиля ставит своей целью такую же операцию в Иудее и Самарии. Планируется выселение от 100 000 до 200 000 человек. Отставим в сторону споры о политической целесообразности этой акции. Я хочу понять только одно: почему этот трансфер не вызывает у израильского общества такого же протеста, как трансфер арабов? Может быть, всё дело в количестве выселяемых? То есть до какой-то цифры это нормально, а если её превысить – то уже бесчеловечно? А может быть, дело в национальности выселяемых: трансфер евреев легитимен, а трансфер арабов – нет?
Я не ёрничаю, я искренне не понимаю. И табу, наложенное на эту тему, отсутствие диалога, только усугубляет непонимание. Такое ощущение, что люди избегают задавать себе очевидные вопросы, а слепо принимают на веру то, чем их кормят с экранов телевизоров и со страниц газет.
А есть ещё один распространённый стереотип: что это, дескать, поселенцы, а то, дескать – коренные жители. Напомню, что поселенческое движение началось после Шестидневной Войны. Прошло почти сорок лет. То есть, родившиеся в этих самых поселениях достигли уже зрелого возраста и родили своих детей. А вот арабские жители Иудеи и Самарии, в большинстве своём, никакие не «коренные». Они, как известно, пришли сюда в конце 19 – начале 20 веков.
Так что же, получается, что выселять жителей во 2-м, 3-м поколении – легитимно, а в 5-6 -м – нет? Может быть тут, как и в вопросе численности выселяемых, есть какая-то граница, превращающая необходимое и правильное действие в антигуманный акт?
Не понимаю.

Меня трудно обвинить в шовинизме. Я к арабам не отношусь никак. Они такие же, как и все остальные, не лучше и не хуже. Того, кто считает, что израильско-арабский конфликт можно решить путём уступок и договорённостей, отсылаю к Жаботинскому. Он уже давно сказал: «Фантазия о том, что они добровольно согласятся на осуществление сионизма о обмен за культурные или материальные удобства, которые принесет им еврейский колонизатор, – эта детская фантазия вытекает у наших «арабофилов» из какого-то предвзятого презрения к арабскому народу, из какого-то огульного представления об этой расе, как сброде подкупном, готовом уступить свою родину за хорошую сеть железных дорог.». От себя добавлю, что позиция наших «шаломахшавников»(шалом ахшав – «мир сейчас», ивр.) – это худшее из проявлений шовинизма и национальной нетерпимости. То есть они настолько ненавидят арабов, что готовы сейчас, немедленно, не думая о последствиях, отгородиться от них, убрать их с глаз долой, всё им отдать.
Я же, подобно Жаботинскому, готов жить с ними бок о бок, если они признают тот факт, что я поселился здесь навсегда и откажутся от мысли уничтожить меня. А пока у них есть надежда меня победить, они от этой мысли не откажутся. Арабы – нормальный народ, лишённый склонности к рефлексии, столь свойственной нам.
А ещё я считаю, что на этом клочке земли нет места для двух государств. Левые говорят, что пресловутое «разделение» решит демографическую проблему, но это самообман. Это просто отодвинет коллапс ещё на пару десятков лет. Новоявленное палестинское государство примет арабских беженцев, они расплодятся в нищете и в тесноте, без надежды на нормальное развитие, и однажды этот кипящий котёл разорвётся, сметая всё на свём пути.
Левые утверждают, что оккупация безнравственна, что нельзя править такой массой людей, не давая им гражданства и прочих прав. Я с этим согласен. Но выводы делаю совершенно другие. Отделиться от них, предоставить их самим себе – ещё более безнравственно. Это принесёт неисчислимые страдания обоим народам.
Только переселение отсюда критической массы палестинских арабов способно спасти и нас и их.

Возможны всего два варианта. Либо арабское меньшинство в еврейском государстве. Мы это имеем сейчас, и эта модель худо-бедно, но работает. Либо еврейское меньшинство в арабском государстве. Почему-то этот вариант меня не устраивает. Думаю, что и тот, кто яросто защищает права арабов, вряд ли на такое согласится. Поэтому в нашем распоряжении только первый вариант. И я не говорю о трансфере всех арабов. Никто не знает точной численности арабского населения Иудеи и Самарии, но по приблизительным оценкам их там около полутора миллионов. Так что, если оттуда уедет хотя бы миллион, то оставшихся можно будет каким-то образом абсорбировать: аннексировать территорию, и дать им потихоньку израильское гражданство. И тут я согласен с Либерманом и прочими: гражданство можно давать только тому, кто признает еврейский характер этого государства. В этом нет ничего несбыточного: насколько я знаком с арабами, имеющими израильское гражданство в третьем поколении – у них нет особых проблем с тем, что они граждане Государства Израиль. Значит и остальные могут, если, повторю вслед за Жаботинским, у них не будет надежды победить нас. А надежды этой не будет, если переломить демографическую тенденцию. А переломить её можно только с помощью трансфера.

Я далёк от того, чтобы предлагать какие-то рецепты. Я не знаю, как на практике осуществить трансфер. Это очень сложная задача, и решать её нужно с максимальной осторожностью. И заниматься этим должны специалисты: политики, экономисты, психологи. Это задача международного масштаба, маленькому Израилю её не решить в одиночку.
Нужно найти место, куда бы арабы могли переселиться. Нужно добиться того, чтобы государство, на чьей территории это место сегодня находится, согласилось бы его выделить для этой цели, или продать, или сдать в аренду. Ближний Восток, кстати, очень мало заселён. Есть полно удобных, хорошо расположенных территорий, которые пустуют и никак не используются.
Напомню, что палестинские арабы – люди, в основной своей массе сметливые и трудолюбивые. Большинство из них владеет рабочими и строительными профессиями. Большинство из них грамотно и в состоянии быстро освоить новые специальности. Эти люди достойны того, чтобы жить и процветать. Надо заранее продумать, что они будут производить, и где будут находить рынки сбыта. Можно и нужно найти место, расположенное так, чтобы люди, поселившиеся там, могли жить и развиваться.
Вопросов много, и ни один из них не прост. Но для того, чтобы какую-то задачу решить, нужно её сначала поставить. А этого-то мы и не можем, потому что нас держат в плену комплексы политкорректности и фальшивого гуманизма.

И напоследок - о деньгах. Многие скажут: откуда взять средства на всё это: на переселение, на развитие, на компенсации? Это же огромные суммы!
Я не знаю, откуда взять. Только прошу вспомнить вот что: на протяжении десяти лет международное сообщество выделяло средства Арафату и его банде. По разным оценкам они получили от 20 до 80 миллиардов долларов. Эти деньги откуда-то взялись, где-то они нашлись?
Точная сумма неизвестна, поэтому возьмём среднее. Пусть будет 50 миллиардов. Если их поделить на упоминаемый мной миллион человек, то выходит по 50 тысяч долларов на душу. У арабов, как правило, много детей, и получается, что средняя семья могла бы получить 400-500 тысяч долларов. Я думаю, что имея такую сумму денег, можно устроиться почти в любой точке Земли и жить счастливо.
Вот такая простая арифметика.
Увы, все эти миллиарды пошли не на то, чтобы сделать людей счастливыми, а либо на финансирование террора, либо прямиком в карманы арабских «вождей». Никто из простых палестинских арабов этих денег не увидел и жить лучше не стал. Всё, что принесли эти деньги - это смерть, слёзы и страдания.
И пока проблема не решена радикально, посредством трансфера и истинного разделения, наши страдания будут продолжаться.